Кто может быть обладателем исключительного права на товарный знак
Перейти к содержимому

Кто может быть обладателем исключительного права на товарный знак

  • автор:

Кто может быть обладателем исключительного права на товарный знак

ГК РФ Статья 1484. Исключительное право на товарный знак

Перспективы и риски арбитражных споров и споров в суде общей юрисдикции. Ситуации, связанные со ст. 1484 ГК РФ

Споры в суде общей юрисдикции:

1. Лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

2. Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака:

1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации;

2) при выполнении работ, оказании услуг;

3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот;

4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;

5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

3. Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Статья 4. Исключительное право на товарный знак

1. Правообладатель вправе использовать товарный знак и запрещать использование товарного знака другими лицами.

Никто не может использовать охраняемый в Российской Федерации товарный знак без разрешения правообладателя.

2. Нарушением исключительного права правообладателя (незаконным использованием товарного знака) признается использование без его разрешения в гражданском обороте на территории Российской Федерации товарного знака или сходного с ним до степени смешения обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, в том числе размещение товарного знака или сходного с ним до степени смешения обозначения:

на товарах, на этикетках, упаковках этих товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся и (или) перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации;

при выполнении работ, оказании услуг;

на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот;

в предложениях к продаже товаров;

в сети Интернет, в частности в доменном имени и при других способах адресации.

Товары, этикетки, упаковки этих товаров, на которых незаконно используется товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

ГАРАНТ:

См. Методические рекомендации по квалификации и расследованию административных правонарушений, предусмотренных частью 1 статьи 7.12 и статьей 14.10 Кодекса РФ об административных правонарушениях (нарушения в сфере интеллектуальной собственности), направленные письмом Федеральной таможенной службы от 29 июня 2007 г. N 01-06/24387

Пределы действия исключительного права на товарный знак Текст научной статьи по специальности «Право»

В статье рассматриваются вопросы, относящиеся к определению пределов действия исключительного права на товарный знак , выявлению сложностей, связанных с существованием рассматриваемых пределов, а также к выработке предложений, направленных на их преодоление.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Похожие темы научных работ по праву , автор научной работы — Мотылькова Алиса Вадимовна

Трансграничные аспекты охраны прав интеллектуальной собственности в условиях глобализации
Отмена отдельных категорий земель

Проблемы «Параллельного импорта» в правоприменительной практике таможенных органов Таможенного союза России, Белоруссии и Казахстана

Проблемы и перспективы параллельного импорта в России и за ее пределами
Правовое регулирование использования исключительных прав на товарный знак и знак обслуживания
i Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Limits of action of the exclusive right to a trademark

The article is devoted to the questions concerning definition of limits of action of the exclusive right to a trademark, to revelation of the complexities connected to existence of considered limits, and also to development of the offers directed on their overcoming.

Текст научной работы на тему «Пределы действия исключительного права на товарный знак»

ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОГО И ЭКОЛОГИЧЕСКОГО ПРАВА УДК 347.772

ПРЕДЕЛЫ ДЕЙСТВИЯ ИСКЛЮЧИТЕЛЬНОГО ПРАВА НА ТОВАРНЫЙ ЗНАК

В статье рассматриваются вопросы, относящиеся к определению пределов действия исключительного права на товарный знак, выявлению сложностей, связанных с существованием рассматриваемых пределов, а также к выработке предложений, направленных на их преодоление.

The article is devoted to the questions concerning definition of limits of action of the exclusive right to a trademark, to revelation of the complexities connected to existence of considered limits, and also to development of the offers directed on their overcoming.

Ключевые слова: товарный знак, исключительное право, международная регистрация, исчерпание прав.

Key words: trademark, exclusive right, international registration, exhaustion of rights.

В соответствии со статьей 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право на товарный знак [1].

Исключительный характер прав согласно ст. 1229, ст. 1484 ГК РФ подразумевает наличие у их обладателя возможности использования товарного знака любым не противоречащим закону способом и распоряжения исключительным правом на товарный знак с одновременным запрещением всем другим лицам совершать указанные действия. Исключительные права по своей сути являются абсолютными и рассматриваются как «монополия прав» [2, с. 156]. Однако исключительное право не означает неограниченного права. Установление границ действия исключительного права представляется необходимым в связи с тем, что только при условии существования разумных пределов правообладатель может в полной мере реализовать свои правомочия, не причинив в то же время вреда интересам других лиц (в частности, потребителей).

Можно выделить следующие пределы исключительного права правообладателя: временные, территориальные, кроме того, сфера действия права на товарный знак ограничивается перечнем товаров, указанных в свидетельстве на товарный знак, и целью регистрации товарного знака.

Действие права на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности (тако-

вым в настоящее время является Федеральная служба по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам (Роспатент) [3]), ограничивается сроком, на который данный товарный знак зарегистрирован. В соответствии с п. 1 ст. 1491 ГК РФ исключительное право на товарный знак действует в течение 10 лет со дня подачи заявки на государственную регистрацию в Роспатент.

Срок действия исключительного права на товарный знак может быть продлен на десять лет по заявлению правообладателя, поданному в течение последнего года действия этого права (такое продление возможно неограниченное число раз) (п. 2 ст. 1491 ГК РФ).

Кроме того, существует возможность международной регистрации права на товарный знак. Право на товарные знаки, охраняемые в России на основе международных договоров, действует в течение следующих сроков: согласно п. 1 ст. 6 Мадридского соглашения о международной регистрации знаков (далее — Мадридское соглашение), регистрация знака в Международном бюро производится сроком на двадцать лет (при этом регистрация всегда может быть продлена на период в двадцать лет, считая с момента истечения предшествующего периода) [4]. В соответствии же с п. 1 ст. 6 Протокола к Мадридскому соглашению о международной регистрации знаков (далее — Протокол к Мадридскому соглашению) регистрация знака в Международном бюро производится на десять лет (и международная реги-

страция может быть продлена на десять лет, считая с даты истечения предшествующего срока) [5].

Как видно из приведенных положений международных документов, сроки действия исключительного права на товарный знак отличаются. Этому можно дать следующее объяснение: если страной происхождения товарного знака является страна, участвующая только в Мадридском соглашении, то срок действия регистрации составляет 20 лет с момента международной регистрации знака (это правило распространяется, например, на Алжир, Таджикистан), а если страной происхождения товарного знака является страна, участвующая в Протоколе к Мадридскому соглашению, но не участвующая в Мадридском соглашении, то срок действия международной регистрации товарного знака составляет 10 лет с даты международной регистрации (примерами могут служить Греция, Турция, Швеция). Однако значительное число государств, среди которых Россия, Казахстан и др., является одновременно участниками обоих соглашений [6], в связи с чем существует неясность в отношении рассматриваемых предписаний, поскольку Мадридское соглашение в ст. 14, п. 5 устанавливает, что ратификация или присоединение автоматически влекут за собой признание всех положений, устанавливаемых соглашением. Протокол к Мадридскому соглашению также был принят Россией без оговорок (в том числе и в отношении срока действия регистрации) [7], так же, как и, например, Республикой Казахстан [8].

Что касается территориальных пределов, то исходя из положений ст. 1479 ГК РФ можно сделать вывод о том, что исключительное право на товарный знак, зарегистрированный на территории Российской Федерации, действует только на территории России. На товарный знак, зарегистрированный за пределами территории Российской Федерации, исключительное право на товарный знак может действовать в соответствии с международными договорами.

Территориальные пределы имеют значение также при рассмотрении вопроса о введении в оборот товарного знака. Так, согласно ст. 1487 ГК РФ не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия. Таким образом, со-

гласие правообладателя на введение в гражданский оборот указанных объектов необходимо получить только один раз. При этом необходимо иметь в виду, что товары не должны подвергаться какому-либо изменению, например, разбавляться, смешиваться с другими или даже переупаковываться. По такому же пути идет судебная практика. Практическое применение данной нормы разъяснил Президиум ВАС РФ, указав, что если товары, обозначенные товарным знаком, введены в хозяйственный оборот другими лицами с согласия его владельца, то он не вправе запретить им использование этого товарного знака [9].

Принцип исчерпания права имеет территориальное действие — товар должен быть введен в гражданский оборот на территории Российской Федерации. Его последующее введение в гражданский оборот, в связи с которым рассматривается вопрос об исчерпании исключительного права на товарный знак, также должно иметь место на территории Российской Федерации.

Норма, закрепленная ст. 1487 ГК РФ, означает, что Россия придерживается национального принципа исчерпания прав. То есть фирменная продукция, маркированная охраняемым товарным знаком, может быть введена в оборот на территории Российской Федерации только с разрешения правообладателя. Иначе такие действия будут считаться незаконными, даже если продукция в стране приобретения покупалась легально. Иллюстрацией может служить часто рассматриваемая ситуация, сложившаяся с ООО «Генезис», которое в 2007 г. ввезло в Россию автомобиль Porsche Cayenne. Владелец исключительной лицензии на использование на территории РФ товарных знаков PORSCHE и CAYENNE, ООО «Порше Руссланд» обратился в Центральную акцизную таможню с заявлением о нарушении своих прав, таможенный орган обратился в суд, и в марте 2008 г. автомобиль был конфискован, а ООО «Генезис» привлечено к административной ответственности по ст. 14.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее — КоАП РФ) [10]. И это далеко не первый подобный случай. Однако Высший Арбитражный Суд Российской Федерации (далее — ВАС РФ) решение Арбитражного суда города Москвы от 28.03.2008 по делу № А40-9281/08-145-128 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от

12.05.2008 по тому же делу отменил, отмечая, что

в соответствии со статьей 14.10 КоАП РФ на юридических лиц может быть наложен административный штраф — от тридцати до сорока тысяч рублей с конфискацией предметов, содержащих незаконное воспроизведение товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара. В данном случае автомобиль марки «PORSCHE CAYENNE S», являющийся предметом правонарушения и подвергнутый судом конфискации, выпущен правообладателем одноименных товарных знаков и, следовательно, не содержит признаков незаконного воспроизведения товарных знаков, в связи с чем за его ввоз на территорию Российской Федерации общество не может быть привлечено к ответственности, предусмотренной статьей 14.10 КоАП РФ [11].

ВАС РФ, принимая решение в пользу импортера, не разрешил проблему — для этого требуется изменение закона. Он лишь разъяснил, что меры административной ответственности (штраф и конфискация) должны применяться только в отношении контрафактной продукции. Для борьбы же с иными нарушениями прав на товарный знак существует комплекс мер гражданско-правовой ответственности [12, с.7].

Одним из вариантов решения указанной проблемы является введение в России так называемого международного принципа исчерпания прав, в соответствии с которым исключительные права правообладателя считаются исчерпанными в момент первого введения товара в оборот в любой стране мира. В таком случае проблемы параллельного импорта не возникает. Указанный принцип действует сегодня во многих странах, поскольку параллельные импортеры ввозят оригинальную продукцию, а не подделки и, в общем-то, способствуют развитию рынка путем создания конкуренции официальным дилерам известных марок [12, с.8]. Применительно к статье 1487 ГК РФ это можно сделать, исключив из ее текста слова «на территории Российской Федерации» [13].

Однако самое существенное ограничение исключительного права на товарный знак состоит в том, что использование товарного знака осуществляется только для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован. Таким образом, осуществление правообладателем исключительного права на товарный знак ограничивается перечнем товаров, ука-

занных в свидетельстве, а также целью регистрации товарного знака (индивидуализация товаров), следовательно, оно может быть прекращено в случае использования товарного знака не по назначению, а также в случае неиспользования товарного знака.

ГК РФ формально придает значение самому факту использования (неиспользования) товарного знака, не указывая при этом на какой-либо объем такого использования. Основной целью реализации принципа обязательного использования товарного знака является стремление законодателя обеспечить интенсивное функционирование товарных знаков в гражданском обороте и сократить случаи их регистрации лицами, не заинтересованными в их использовании, но создающими препятствия появлению на рынке товаров, маркированных такими товарными знаками или обозначениями, сходными с ними до степени смешения.

До вступления в силу части 4 ГК РФ существовала проблема, связанная с определением круга лиц, обладающих правом на подачу заявлений о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака. Статья 22 Закона о товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров [14] допускала подачу заявления в Палату по патентным спорам (далее — ППС) любым лицом, тогда как в соответствии со ст. 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации право на обращение в арбитражный суд — в том числе по делам об оспаривании решений ППС — имеет только заинтересованное лицо. При реализации указанных норм возникал вопрос — может ли любое лицо, даже не имеющее правового интереса к прекращению охраны товарного знака, подавать соответствующее заявление в ППС либо таким правом может обладать только лицо, права и интересы которого затронуты (например, производитель товара того же класса, желающий использовать для обозначения своего товара знак, не используемый в действительности его настоящим владельцем). С введением в действие части 4 ГК РФ, предусматривающей в п. 1 ст. 1486 возможность подачи заявления о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие его неиспользования в ППС заинтересованным лицом, указанная проблема устранена [15].

Замена пятилетнего непрерывного срока неиспользования товарного знака, предусмотренного Законом о товарных знаках, на трехлетний отража-

ет стремление законодателя обеспечить ускорение реального использования товарных знаков на соответствующих товарах, находящихся в гражданском обороте. Однако практика показывает, что трехлетний срок неиспользования товарного знака после его государственной регистрации как условие возможного наступления последствий, предусмотренных статьей 1486 ГК РФ, для некоторых видов товаров (пестициды, агрохимикаты, лекарственные средства) представляется неоправданно коротким. Так, пестициды и агрохимикаты могут производиться и подлежат реализации на территории Российской Федерации, если они зарегистрированы специально уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим организацию регистрационных испытаний и государственную регистрацию пестицидов и агрохимикатов (Министерством сельского хозяйства Российской Федерации) на основе заключений экспертизы результатов регистрационных испытаний пестицидов и агрохимикатов [16]. Аналогичная ситуация складывается при введении в гражданский оборот на территории Российской Федерации лекарственных препаратов, она также возможна лишь при условии регистрации соответствующим уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, которая, в свою очередь, может иметь место только по результатам экспертизы лекарственных средств и этической экспертизы возможности проведения клинического исследования лекарственного препарата для медицинского применения (что касается лекарственных препаратов для медицинского применения) или по результатам экспертизы лекарственных средств для ветеринарного применения [17]. Поскольку проведение указанных исследований (а иногда и назначение повторных исследований) занимает немало времени, процедура получения разрешения на применение соответствующего товара может оказаться достаточно долгой. В этом случае из трехлетнего срока, отведенного законодателем для начала использования товарного знака после его регистрации, то есть для введения соответствующего лекарственного средства в гражданский оборот, всегда объективно выпадает период времени, необходимый для получения разрешения на применение данного товара. Исходя из формулировки п. 3 ст. 1486 ГК РФ указанное выше обстоятельство объективного характера лишь может быть принято во внимание ППС при вынесении решения о досроч-

ном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие его неиспользования. Таким образом, применение или неприменение положений п. 3 ст. 1486 ГК РФ носит оценочный характер и зависит от позиции ППС. Представляется, что в интересах повышения надежности охраны прав на товарные знаки, связанные с пестицидами, агрохимикатами, лекарственными средствами, целесообразно изменить нормы ст. 1486 ГК РФ, регулирующие учет не зависящих от правообладателя обстоятельств неиспользования товарного знака для таких товаров, в частности, придать безусловно обязывающий характер норме, закрепленной п. 3 ст. 1486 ГК РФ, заменив формулировку «могут быть приняты во внимание» на «должны быть приняты во внимание» (такое изменение обеспечит в интересах добросовестного правообладателя более четкую регламентацию разрешения споров о прекращении регистрации товарных знаков в связи с их неиспользованием для любых, а не только для вышеназванных товаров); по аналогии с п. 2 ст. 1363 ГК РФ предусмотреть возможность продления трехлетнего срока неиспользования товарного знака с учетом времени, прошедшего от момента его государственной регистрации до получения первого разрешения на применение товара, обозначенного таким товарным знаком, если необходимость получения такого разрешения установлена законом [18].

Устранение имеющихся проблем, связанных с существующими пределами осуществления правообладателем исключительного права на товарный знак, может способствовать более эффективному осуществлению правообладателем своих прав, надлежащему исполнению им обязанностей, и, соответственно, более качественной защите интересов как правообладателей, так и потребителей.

1. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть четвертая); Федер. закон от 18.12.2006 № 230-ФЗ // Российская газета. 22.12.2006.

2. Гульбин Ю.Т. Исключительные права на средства индивидуализации товаров — товарные знаки, знаки обслуживания, наименования мест происхождения товаров: гражданско-правовой аспект. М., 2007.

3. Постановление Правительства Российской Федерации от 07.04.2004 № 178 «Вопросы Федеральной службы по интеллектуальной собственности, патентам и

товарным знакам» // Собрание законодательства Российской Федерации. 2004. № 15. Ст. 1471.

4. Соглашение о международной регистрации знаков (заключено в Мадриде 14 апреля 1891 г., в ред. от 2 октября 1979 г.). Режим доступа : СПС «Консультант-Плюс».

5. Протокол к Мадридскому соглашению о международной регистрации знаков. Подписан в Мадриде 28 июня 1989 г. (вступил в силу для России 10 июня 1997 г.). Режим доступа: СПС «КонсультантПлюс».

6. Стороны Мадридского соглашения и Мадридского протокола. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.rupto.ru/mejd_sotr/sod/madr_sys/o_madr_sys/ article_4.html

7. Постановление Правительства Российской Федерации от 19.12.1996 № 1503 «О принятии Протокола к Мадридскому соглашению о международной регистрации знаков» // Собрание законодательства Российской Федерации. 1996. № 1. Ст. 164.

8. Закон Республики Казахстан от 27 мая 2010 года № 281-ГУ «О ратификации Протокола к Мадридскому соглашению о международной регистрации знаков»// Официальная газета. 2010. № 24 (494).

9. Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.07.1997 № 19 «Обзор практики разрешения споров, связанных с защитой прав на товарный знак» // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1997. № 10.

10. Федеральный закон от 30.12.2001 № 195-ФЗ «Кодекс Российской Федерации об административных

правонарушениях». Режим доступа: СПС «Консультант Плюс».

11. Постановление Президиума ВАС РФ от

03.02.2009 № 10458/08 по делу № А40-9281/08-145-128 // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 2009. № 5.

12. Мошкович М., Завойкина Н. Параллельный импорт — кому невыгодно? // ЭЖ-Юрист. 2009. № 5.

13. Еременко В. И. Об ответственности за нарушение исключительного права на товарный знак в Российской Федерации. Режим доступа : СПС «Консультант-Плюс».

14. Закон Российской Федерации от 23.09.1992 № 3520-1 «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» // Ведомости Съезда народных депутатов РФ. 1992. № 42. Ст. 2322.

15. Шульга А. К. Досрочное прекращение охраны товарного знака в связи с его неиспользованием // Общество и право. 2008. № 3.

16. Федеральный закон от 19.07.1997 № 109-ФЗ «О безопасном обращении с пестицидами и агрохимикатами» // Собрание законодательства Российской Федерации. 1997. № 29. 3510.

17. Федеральный закон от 12.04.2010 № 61-ФЗ «Об обращении лекарственных средств» // Собрание законодательства Российской Федерации. 2010. № 16. Ст. 1815.

18. Малин В. Правовое регулирование неиспользования товарного знака для некоторых видов товаров // Интеллектуальная Собственность. Промышленная собственность. 2008. № 1.

ОТМЕНА ОТДЕЛЬНЫХ КАТЕГОРИЙ ЗЕМЕЛЬ

В представленной статье подняты и рассмотрены актуальные вопросы связанные с отменой отдельных категорий земель, доказана потребность в современном регулировании выявленных проблем на практике и вынесены предложения по их решению.

In the present article are raised and discussed current issues connected with the cancellation of certain categories of land, proved the necessary in the modern problems regulation identified on the practice and made suggestions for their solution.

Ключевые слова: законопроект, категории земель, функциональные зоны, правовой режим земельных участков, виды разрешенного использования, территориальное зонирование.

Key words: draft law, categories of land, functional zones, the legal regime of land plots, types ofpermitted use, territorial zoning.

Кто может быть обладателем исключительного права на товарный знак

12+ ISSN 2313-4852

Исключительное право на товарный знак – право только предпринимателей?

20 Декабря 2019

В.А. Корнеев,
кандидат юридических наук,
заместитель председателя Суда по интеллектуальным правам

«Журнал Суда по интеллектуальным правам», № 26, декабрь 2019 г., с. 100-105

Действующее российское законодательство ограничивает круг субъектов, которые могут обладать исключительным правом на товарный знак, в силу ст. 1478 ГК РФ: ими могут выступать только юридические лица и индивидуальные предприниматели.

Возможно, данное ограничение по кругу субъектов законодатель связывал с основной функцией товарного знака – индивидуализацией товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей (ст. 1477 ГК РФ), которая может осуществляться в процессе предпринимательской деятельности.

Вместе с тем положения ст. 1478 ГК РФ вызывают два взаимосвязанных вопроса – действительно ли в Российской Федерации все товарные знаки принадлежат только юридическим лицам и индивидуальным предпринимателям и оправдано ли это ограничение как таковое?

Сразу следует отметить, что в любом случае перечень возможных обладателей исключительного права на товарный знак, прямо указанный в законе, исчерпывающим не является, поскольку ими могут быть также Российская Федерация, субъекты Российской Федерации: республики, края, области, города федерального значения, автономная область, автономные округа, а также городские, сельские поселения и другие муниципальные образования, которые в силу п. 1 ст. 124 ГК РФ выступают в отношениях, регулируемых гражданским законодательством на равных началах с иными участниками этих отношений – гражданами и юридическими лицами.

К публично-правовым образованиям применяются нормы, определяющие участие юридических лиц в отношениях, регулируемых гражданским законодательством, если иное не вытекает из закона или особенностей данных субъектов.

Положения § 2 гл. 76 ГК РФ не исключают возможности принадлежности исключительного права на товарный знак публично-правовым образованиям, поскольку прямо не связывают такую возможность с правом на непосредственное осуществление предпринимательской деятельности.

Больший интерес вызывает невключение в ст. 1478 ГК РФ в перечень субъектов исключительного права на товарный знак физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями.

Видимо, это законодательное решение основывается на положениях п. 1 ст. 23 ГК РФ, в соответствии с которыми гражданин вправе заниматься предпринимательской деятельностью без образования юридического лица с момента государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя. Учитывая, что товарный знак должен использоваться в предпринимательской деятельности, закон ограничивает круг субъектов права на товарный знак лишь субъектами, которые вправе предпринимательской деятельностью заниматься.

Вместе с тем, если причина исключения физических лиц из числа возможных субъектов исключительного права на товарный знак действительно в невозможности им заниматься предпринимательской деятельностью, соблюдается ли эта логика в ст. 1478 ГК РФ?

С одной стороны, эта статья не исключает из круга субъектов права на товарный знак некоммерческие организации, деятельность которых предпринимательской не является.

Некоммерческие организации в силу п. 4 ст. 50 ГК РФ могут осуществлять приносящую доход деятельность, которая для целей индивидуализирующей функции товарного знака может быть приравнена к предпринимательской, но только если это предусмотрено их уставами и лишь постольку, поскольку это служит достижению целей, ради которых они созданы, и если это соответствует таким целям.

Таким образом, могут существовать некоммерческие организации, которые в принципе не могут заниматься приносящей доход деятельностью, но тем не менее вправе быть субъектом исключительного права на товарный знак.

С другой стороны, само по себе обладание исключительным правом на товарный знак предпринимательской деятельностью не является.

С данной точки зрения, положения ст. 23 ГК РФ сами по себе не препятствуют физическим лицам, не являющимся индивидуальными предпринимателями, владеть исключительным правом на товарный знак. При этом товарный знак мог бы использоваться в предпринимательской деятельности лицами, которым исключительное право на товарный знак предоставлено на основании лицензионного договора, или самим физическим лицом – не в предпринимательской деятельности, но способами, доступными для физических лиц (например, путем размещения в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации – подп. 5 п. 2 ст. 1484 ГК РФ).

Тем не менее, закон и не исключает из круга возможных правообладателей некоммерческие организации, которые не вправе заниматься приносящей доход деятельностью, но и не включает в круг правообладателей физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями.

Таким образом, идея о возможности обладания товарным знаком только лиц, которые фактически вправе его использовать в сфере предпринимательской деятельности, не выдерживается в тексте ГК РФ.

Кроме того, нельзя не отметить, что несмотря на кажущийся прямым запрет на обладание исключительным правом на товарный знак физическими лицами бывают ситуации, когда субъектами исключительного права на товарный знак могут быть физические лица, не являющиеся индивидуальными предпринимателями.

На практике возможны следующие случаи.

1. При государственной регистрации прекращения физическим лицом деятельности в качестве индивидуального предпринимателя (ст. 22.3 Федерального закона от 08 августа 2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей») исключительное право на товарный знак не прекращается автоматически и остается принадлежать физическому лицу, более не являющемуся индивидуальным предпринимателем.

В силу подп. 4 п. 1 ст. 1514 ГК РФ правовая охрана товарного знака прекращается на основании принятого по заявлению любого лица решения Роспатента о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака в связи с прекращением юридического лица – правообладателя или регистрацией прекращения гражданином деятельности в качестве индивидуального предпринимателя – правообладателя.

При этом, как отмечено в п. 174 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 г. № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10) [5], в этом случае прекращается исключительное право на товарный знак на будущее время с момента внесения Роспатентом в Государственный реестр товарных знаков записи о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака в связи с прекращением юридического лица – правообладателя или регистрацией прекращения гражданином деятельности в качестве индивидуального предпринимателя – правообладателя.

Таким образом, с момента, когда физическое лицо прекратило быть индивидуальным предпринимателем, и до момента, когда Роспатент по заявлению любого лица прекратит правовую охрану товарного знака, исключительное право на товарный знак будет действовать и принадлежать физическому лицу, не являющемуся индивидуальным предпринимателем.

Исходя из действующей редакции ст. 1514 ГК РФ без заявления Роспатент самостоятельно не вправе прекратить правовую охрану товарного знака, даже если получит сведения о государственной регистрации прекращения физическим лицом деятельности в качестве индивидуального предпринимателя, например, в рамках межведомственного взаимодействия с налоговыми органами.

Следует также отметить, что факт принадлежности товарного знака физическому лицу, не являющемуся индивидуальным предпринимателем, не препятствует его правообладателю распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Более того, если такое распоряжение состоялось и на дату подачи в Роспатент заявления о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака на основании подп. 4 п. 1 ст. 1514 ГК РФ исключительное право на товарный знак снова принадлежит юридическому лицу или индивидуальному предпринимателю, это «исцеляет» товарный знак и в прекращении его правовой охраны должно быть отказано (п. 175 Постановления № 10).

Если законодатель действительно хотел не допустить принадлежности исключительного права на товарный знак физическим лицам, не являющимся индивидуальными предпринимателями, он должен был установить обязанность налоговых органов сообщать в Роспатент о каждом факте государственной регистрации прекращения физическим лицом деятельности в качестве индивидуального предпринимателя и корреспондирующую ей обязанность Роспатента по фактам поступления такой информации из налоговых органов по собственной инициативе прекращать правовую охрану всех принадлежащих этому физическому лицу товарных знаков.

Но законодатель этого не сделал.

2. В случае смерти индивидуального предпринимателя – правообладателя исключительное право на товарный знак как право имущественное входит в состав наследства (ст. 1112 ГК РФ). При этом положения части III ГК РФ не исключают наследования исключительного права на товарный знак наследниками, не являющимися индивидуальными предпринимателями.

В пункте 85 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» (далее – Постановление № 9) [4] отмечено, что принадлежавшее индивидуальному предпринимателю исключительное право на товарный знак и знак обслуживания (п. 1 ст. 1484 ГК РФ), унаследованное гражданином, не зарегистрированным в качестве индивидуального предпринимателя, должно быть отчуждено им в течение года со дня открытия наследства (за исключением случая, если в течение этого срока он зарегистрируется в качестве индивидуального предпринимателя). До истечения этого срока правовая охрана товарного знака, знака обслуживания по основанию, предусмотренному подп. 4 п. 1 ст. 1514 ГК РФ, не может быть прекращена.

В данном случае Верховным Судом РФ по аналогии применены положения п. 1 ст. 238 ГК РФ, когда по основаниям, допускаемым законом, в собственности лица оказалось имущество, которое в силу закона не может ему принадлежать.

Прямое действие этой нормы исключено п. 3 ст. 1227 ГК РФ, но в данном случае нормой, применяемой по аналогии, восполняется пробел закона, не определяющего последствия наследования исключительного права на товарный знак лицом, не являющимся индивидуальным предпринимателем.

При этом в условиях законодательного пробела, когда и в части III и в части IV ГК РФ отсутствуют специальные правила о наследовании товарных знаков, толкование, данное Верховным Судом РФ, является единственно возможным – с одной стороны, позволяющим не прекращать правовую охрану товарного знака умершего правообладателя до принятия наследства и определения дальнейшей судьбы этого знака, а с другой, – вводящей определенные временные ограничения по моменту, до которого наследники имеют возможность решить, что делать с товарным знаком.

Если законодатель действительно хотел не допустить принадлежности исключительного права на товарный знак физическим лицам, не являющимся индивидуальными предпринимателями, он мог, например, установить правило о том, что унаследовать исключительное право на товарный знак может только наследник, являющийся индивидуальным предпринимателем на дату принятия наследства, а при отсутствии таковых исключительное право на товарный знак прекращается.

Однако законодатель этого не сделал.

3. В силу п. 8 ст. 63 ГК РФ при ликвидации юридического лица оставшееся после удовлетворения требований кредиторов имущество этого лица передается его учредителям (участникам), имеющим вещные права на это имущество или корпоративные права в отношении юридического лица, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или учредительным документом юридического лица.

Хотя правилами этого пункта не определяется судьба товарных знаков, принадлежащих ликвидируемым юридическим лицам, нет оснований считать, что исключительное право на товарный знак как имущественное право, входящее в состав имущества, не должно переходить к учредителям.

Соответственно, на основании п. 8 ст. 63 ГК РФ, если учредителем является физическое лицо, именно к нему перейдет исключительное право на товарный знак.

Законодатель (хотя такая возможность у него была) не устанавливает правила о том, что исключительное право на товарный знак при ликвидации юридического лица переходит только к учредителям – юридическим лицам или индивидуальным предпринимателям, а при отсутствии таковых продается с торгов.

Если исключительное право на товарный знак перешло учредителю – физическому лицу, можно применить тот же подход, что закреплен в п. 85 Постановления № 9: считать, что исключительное право, полученное учредителем, должно быть отчуждено им в течение года со дня получения (за исключением случая, если в течение этого срока он зарегистрируется в качестве индивидуального предпринимателя).

Следует отметить также, что в случае если по какой-либо причине исключительное право на товарный знак осталось нераспределенным при ликвидации юридического лица – правообладателя, исключительное право не прекращается автоматически – в случае если исключительное право не перешло к иным лицам правовая охрана товарного знака может быть прекращена на основании подп. 4 п. 1 ст. 1514 ГК РФ по заявлению любого лица.

При этом до подачи такого заявления исключительное право может быть распределено даже после ликвидации юридического лица – в специальном порядке, определенном п. 5.2 ст. 64 ГК РФ.

4. Четвертым возможным случаем принадлежности исключительного права на товарный знак физическому лицу можно считать ситуацию, когда на территорию Российской Федерации распространяется действие товарного знака, зарегистрированного на основании Мадридского соглашения о международной регистрации знаков от 14 апреля 1891 г. [2] и Протокола к нему от 27 июня 1989 г. [3].

В случае если в стране «базовой» заявки («базовой» регистрации) исключительное право на товарный знак может принадлежать физическому лицу, этому же лицу принадлежит исключительное право на соответствующий товарный знак на территории Российской Федерации.

В соответствии со ст. 5 Протокола к Мадридскому соглашению о международной регистрации знаков отказ в расширении на территорию Российской Федерации охраны, возникающей в результате международной регистрации, может основываться только на мотивах, которые в соответствии с Парижской конвенцией по охране промышленной собственности применяются к знаку, заявка на который подана непосредственно в ведомство, уведомившее об отказе. Однако в охране не может быть отказано даже частично только на том основании, что применимое национальное законодательство допускает регистрацию знаков только для ограниченного числа классов или ограниченного числа товаров или услуг.

Парижская конвенция об охране промышленной собственности в ст. 6 quinquies не запрещает государственную регистрацию товарных знаков за лицами, не занимающимися предпринимательской деятельностью.

С учетом этого Роспатент при территориальном расширении правовой охраны товарного знака по международной регистрации статус правообладателя не проверяет.

В силу п. 11 ст. 1483 ГК РФ Роспатент проверяет соответствие товарного знака по международной регистрации только правилам ст. 1483 ГК РФ.

Буквальное прочтение текста ГК РФ приводит к мысли о том, что если не на стадии расширения правовой охраны, то впоследствии – на основании возражения заинтересованных лиц – правовая охрана товарного знака, зарегистрированного за физическим лицом, не являющимся индивидуальным предпринимателем, может быть прекращена.

Так, в силу п. 4 ст. 1512 ГК РФ предоставление правовой охраны на территории Российской Федерации товарному знаку, зарегистрированному в соответствии с международными договорами Российской Федерации, может быть оспорено и признано недействительным по основаниям, предусмотренным п. 2 этой статьи. При этом в силу подп. 3 п. 2 ст. 1512 ГК РФ предоставление правовой охраны товарному знаку может быть оспорено и признано недействительным полностью в течение всего срока действия исключительного права на товарный знак, если правовая охрана была ему предоставлена с нарушением требований ст. 1478 ГК РФ.

Вместе с тем полагаем, что препятствием к прекращению правовой охраны такого товарного знака будет ст. 5 Протокола к Мадридскому соглашению о международной регистрации знаков, ограничивающая основания для отказа в территориальном расширении.

Статья 1512 ГК РФ исходя из своего существа применяется тогда, когда изначально исключительное право было предоставлено неправомерно (в этом суть аннулирования товарного знака с самого начала). С этой точки зрения, если правовая охрана изначально была предоставлена правомерно (как отмечено выше, отсутствие у правообладателя статуса индивидуального предпринимателя не является основанием для отказа в территориальном расширении), то нелогично и последующее оспаривание предоставления правовой охраны товарному знаку по этому основанию.

Представляется, что в отношении товарных знаков по международной регистрации исключительное право не может быть прекращено и на основании подп. 4 п. 1 ст. 1514 ГК РФ.

Значит для этих товарных знаков исключительное право без каких-либо ограничений может принадлежать физическим лицам, не являющимся индивидуальными предпринимателями.

5. Следует отметить, что еще одним – очевидным – случаем, когда исключительное право на товарный знак может принадлежать физическому лицу, не являющемуся индивидуальным предпринимателем, может быть случай ошибки, когда исключительное право на российский товарный знак изначально предоставлено физическому лицу.

Возможность такой ошибки не исключает и законодатель, в подп. 3 п. 2 ст. 1512 ГК РФ предусмотревший специальное основание для признания недействительным предоставления правовой охраны товарному знаку, зарегистрированному с нарушением требований ст. 1478 ГК РФ.

Вместе с тем на этом основании правовая охрана не прекращается автоматически – она прекращается по результатам рассмотрения возражения, поданного на основании п. 2 ст. 1513 ГК РФ заинтересованным лицом.

Таким образом, пока возражение не подано, Роспатент не вправе устранить допущенную ошибку и правовая охрана товарного знака будет действующей.

Более того, судебная практика исходит из того, что если данная ошибка будет устранена самим правообладателем (например, в результате регистрации в качестве индивидуального предпринимателя или отчуждения исключительного права на товарный знак), то правовая охрана товарного знака оставляется в силе [6].

В заключение необходимо отметить, что целью настоящей статьи не была попытка дать окончательный ответ на вопрос о том, оправдано ли ограничение круга правообладателей товарных знаков в ст. 1478 ГК РФ.

Вместе с тем наличие столь большого числа исключений из простого правила о том, что правообладателем исключительного права на товарный знак может быть только юридическое лицо или индивидуальный предприниматель, приводит к мысли о целесообразности пересмотра имеющегося ограничения. Дополнительным аргументом в пользу этого может быть уже упоминавшееся правило о том, что само по себе обладание исключительным правом на товарный знак осуществлением предпринимательской деятельности не является.

Литература

1. Парижская конвенция по охране промышленной собственности от 20 марта 1883 года, вступила в силу для СССР 1 июля 1965 г. // Закон, № 7, 1999.

2. Мадридское соглашение о международной регистрации знаков от 14 апреля 1891 года, вступило в силу для СССР 1 июля 1976 г. // Публикация ВОИС, № 260(R), 1992.

3. Протокол к Мадридскому соглашению о международной регистрации знаков от 27 июня 1989 г., вступил в силу для Российской Федерации 10 июня 1997 г. // Сайт Всемирной организации интеллектуальной собственности http://wipo.int.

4. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации, № 7, июль, 2012.

5. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 г. № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации, № 7, июль, 2019.

6. Постановление президиума Суда по интеллектуальным правам от 13 марта 2017 г. по делу № СИП-482/2016.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *